Дипфейки в России могут стать отягчающим обстоятельством в уголовных делах

В Госдуму внесен законопроект, по которому применение дипфейков при совершении преступлений будет учитываться как обстоятельство, усиливающее наказание. Речь идет о поддельных видео, аудио и изображениях, сгенерированных нейросетями и имитирующих реального или вымышленного человека. Норма может заработать с сентября 2026 года, если пройдет все чтения.

Технологии генеративного ИИ за последние два года превратили дипфейки из лабораторной диковинки в рабочий инструмент злоумышленников. Реалистичные поддельные ролики, синтезированные голоса и фотографии применяются для обмана людей, давления на жертв, распространения дезинформации и подготовки мошеннических схем. Российские пользователи страдают от таких атак не меньше остальных — по данным операторов связи, число звонков с подделанным голосом «родственника» или «начальника» выросло в разы за последний год.

Группа депутатов и сенаторов подготовила проект федерального закона № 1288702-8. Документ дополняет статью 63 УК РФ новым пунктом об отягчающих обстоятельствах. Под действие нормы попадают материалы, созданные с помощью ИИ или иных средств обработки информации, которые:

• воспроизводят высказывания реального человека, никогда им не произнесенные;
• имитируют действия, которых конкретное лицо не совершало;
• демонстрируют полностью синтетическую личность, выдаваемую за реальную;
• копируют голос, мимику или внешность гражданина без его согласия;
• применяются для введения потерпевшего в заблуждение относительно источника информации.

Стоит обратить внимание на то, что авторы инициативы связывают повышенную опасность дипфейков с их высокой реалистичностью — жертва при звонке или получении видеосообщения физически не способна отличить подделку от подлинной записи.

Реакция ведомств оказалась неоднозначной. Правительство России заняло осторожную позицию, указав на отсутствие в отраслевом законодательстве полноценного определения самой технологии подмены личности. Кабмин предупредил, что введение термина «дипфейк» в уголовные нормы без опорной регуляторной базы приведет к трудностям при квалификации деяний и разночтениям в судебной практике.

Верховный суд России предложил другой подход. Судьи считают, что при небольшом пока количестве уголовных дел с применением ИИ разумнее закреплять дипфейки не в общем списке отягчающих факторов, а как квалифицирующий признак конкретных составов. В качестве примера приводится мошенничество по статье 159 УК РФ — там использование поддельного видео или голоса напрямую связано со способом обмана и логично встраивается в конструкцию нормы.

Верховный суд обратил внимание и на юридическую технику законопроекта. Формулировки, по мнению судей, не позволяют четко разграничить преступное применение синтетических материалов и правомерное использование тех же технологий. Сам факт наложения фильтра, замены лица или синтеза голоса не означает наличия умысла на совершение преступления.

Юристы фиксируют несколько проблемных зон новой нормы:

• размытые критерии отнесения материала к дипфейку;
• отсутствие технических методик экспертной проверки происхождения записи;
• риск попадания под уголовное преследование авторов пародий и юмористического контента;
• неясность с ответственностью посредников — площадок и разработчиков нейросетей;
• пересечение с нормами о клевете, мошенничестве и оскорблении.

Для российских пользователей практическая сторона выглядит противоречиво. С одной стороны, ужесточение наказания за подделку голоса или лица теоретически повышает риски для мошенников, работающих через мессенджеры и звонки. С другой — до появления доступной криминалистической экспертизы синтетических записей доказать сам факт применения ИИ в конкретном звонке или видео крайне сложно.

Отмечается, что при нынешнем уровне развития детекторов ИИ-контента процент ложноположительных срабатываний достигает 15–20%, а значит, обвинение построенное только на автоматической проверке подделки, окажется уязвимым в суде.

Отдельная угроза для граждан связана с корпоративным сегментом. Синтезированный голос директора компании уже применяется для вывода средств со счетов российских юрлиц, поддельные видеозвонки бухгалтерам стали регулярной практикой. Новая норма позволит квалифицировать такие эпизоды строже, но без параллельного развития технической экспертизы эффект будет ограниченным.

Ранее сообщалось, что Главный радиочастотный центр Роскомнадзора предложил предоставить социальным сетям возможность самостоятельно выявлять и временно ограничивать распространение резонансных дипфейков ещё до завершения проверки их достоверности. По замыслу авторов инициативы, такой подход должен ускорить реагирование на потенциально опасный контент. Вместе с тем специалисты отмечали, что существующие технологии пока не позволяют безошибочно отличать материалы, созданные с помощью искусственного интеллекта, от подлинных фото, видео и аудиозаписей, что повышает риск ошибочных блокировок и последующих споров с пользователями и правообладателями.

Что думает редакция CISOCLUB по этому поводу? Инициатива движется в верном направлении, но выглядит преждевременной без базового отраслевого закона о синтетическом контенте. Экспертная редакция считает, что сначала нужно закрепить определение дипфейка в 149-ФЗ или профильном акте, разработать методики криминалистической экспертизы и обучить следователей. Только после этого имеет смысл ужесточать уголовную часть.

Позиция Верховного суда о встраивании нормы в конкретные составы преступлений выглядит юридически более чистой. Для российских пользователей само по себе принятие закона не заменит цифровую гигиену — проверку звонков по второму каналу связи и осторожность в мессенджерах.