ЕС построит 7 гига-фабрик для ИИ за 10 млрд евро, чтобы конкурировать с США и Китаем

Еврокомиссия направит 10 млрд евро на строительство семи ИИ-гига-фабрик и рассчитывает привлечь ещё минимум 20 млрд евро частных инвестиций. Программа расширена с пяти площадок до семи после того, как страны ЕС подали более 70 заявок из 16 государств. Первые комплексы запустят примерно через полтора года после подписания контрактов, а победителей конкурса определят в начале 2027 года.

Каждая из семи площадок будет представлять собой крупный вычислительный центр с современными ИИ-ускорителями, облачными платформами, скоростными сетями передачи данных и дата-центрами нового поколения. По расчётам Еврокомиссии, одна такая гигафабрика сможет использовать около 100 тысяч передовых ИИ-чипов, что примерно в четыре раза превышает возможности нынешних 19 европейских ИИ-фабрик. Приём заявок от консорциумов, объединяющих производителей оборудования, облачных операторов, госструктуры и инвесторов, завершится 12 ноября.

Отмечается, что европейские власти изначально планировали ограничиться пятью объектами, но интерес оказался настолько высоким, что программу пришлось расширять уже на старте.

Хенна Вирккунен, исполнительный вице-президент Европейской комиссии по технологическому суверенитету, безопасности и демократии, заявила, что доступ к вычислительным мощностям подобного масштаба стал стратегической необходимостью для Европы. Скорость развития ИИ, по её оценке, достигла уровня, при котором собственная инфраструктура превращается в один из главных факторов конкурентоспособности региона. Сегодняшние европейские ИИ-фабрики помогают стартапам и исследовательским командам обучать модели среднего уровня — новые же комплексы рассчитаны на создание передовых систем мирового класса.

В программе AI Continent Action Plan, представленной Еврокомиссией в 2025 году, гигафабрики стали лишь частью более широкого замысла. Стратегия охватывает сразу несколько направлений:

• подготовку профильных специалистов и расширение доступа исследователей к вычислительным ресурсам;
• ускорение внедрения ИИ в промышленности и упрощение отраслевого регулирования;
• расширение доступа к качественным датасетам для обучения моделей.

Дефицит вычислительных мощностей уже называют одним из главных препятствий для появления в Европе собственных глобальных ИИ-компаний, способных конкурировать с американскими и китайскими разработчиками. В Брюсселе прямо признают отставание от США и Китая по объёму ресурсов для обучения больших языковых моделей. Собственные центры обработки данных рассматриваются не только как экономический проект, но и как элемент технологического суверенитета — сегодня значительная часть мирового облачного рынка контролируется американскими корпорациями. Все создаваемые на новой инфраструктуре ИИ-системы должны соответствовать европейским требованиям по защите персональных данных, прозрачности алгоритмов и безопасности.

Для российских пользователей у проекта есть неочевидная, но вполне реальная теневая сторона. Появление гигафабрик такого масштаба означает резкий рост мощностей, доступных не только легальным разработчикам, но и киберпреступным группировкам, действующим в европейском правовом поле или маскирующимся под легитимный бизнес. Дешёвая и мощная генерация видео, голоса и текста рано или поздно окажется в арсенале мошенников, атакующих русскоязычную аудиторию — от фишинговых схем с поддельными видеозвонками до массового автоматизированного взлома учётных записей.

Интересно, что о готовности поставлять процессоры для будущих европейских комплексов уже сообщили AMD, Nvidia и Qualcomm, подписавшие соответствующие письма о намерениях, — данные приводит Reuters.

По данным Еврокомиссии, к участию допускаются консорциумы из нескольких стран ЕС, а базовые критерии отбора выглядят так:

• наличие проработанной технической архитектуры комплекса и подтверждённого доступа к электросети;
• подтверждённое финансирование не менее чем на треть от заявленной стоимости проекта;
• обязательства по открытому доступу европейских исследователей и стартапов к части мощностей.

Отдельный вопрос — влияние такой инфраструктуры на глобальный рынок ИИ-услуг. Если европейские гигафабрики выйдут на плановую мощность, стоимость обучения крупных моделей в мире может заметно снизиться, а конкуренция с американскими облачными провайдерами усилится. Для российских разработчиков это означает как новые возможности обхода санкционных ограничений через посредников, так и рост давления со стороны более дешёвых зарубежных сервисов. Опасность в другом — те же мощности могут использоваться для масштабных операций информационного влияния, направленных в том числе против русскоязычной аудитории, и здесь речь идёт уже о вопросах национальной цифровой безопасности.

Ранее сообщалось, что Еврокомиссия обязала Google предоставить сторонним разработчикам ИИ-ассистентов расширенный доступ к возможностям Android, которые ранее были доступны преимущественно Gemini. Согласно требованиям регулятора, альтернативные помощники смогут взаимодействовать с камерой, микрофоном, содержимым экрана, системными функциями и приложениями Google, а также запускаться голосовой командой даже при заблокированном устройстве. Основные изменения должны быть реализованы в Android 18 не позднее 1 августа 2027 года. По мнению экспертов, новые требования способны усилить конкуренцию на рынке мобильных ИИ-ассистентов и расширить выбор инструментов для пользователей.

По мнению редакции CISOCLUB, перед нами не просто инфраструктурный проект, а заявка Европы на возвращение в тройку мировых ИИ-лидеров, и делается это в жёстком темпе. 30 млрд евро с учётом частных денег — сумма, которая перекраивает баланс сил на рынке вычислений. Российским компаниям и регуляторам стоит внимательно следить за тем, какие модели и сервисы появятся на этой инфраструктуре в 2027–2028 годах — именно они с высокой вероятностью станут инструментами следующей волны атак на пользователей рунета.

Отдельного внимания заслуживает участие AMD, Nvidia и Qualcomm — их совокупный вход в проект фактически закрепляет технологическое разделение мира на несколько ИИ-блоков. И, наконец, тема суверенитета данных перестала быть европейской риторикой и превратилась в реальную инвестиционную программу — этот прецедент неизбежно будет копироваться другими юрисдикциями.