Эксперт Салпагаров: подрядчики становятся одной из главных точек входа для кибератак

изображение: grok
Султан Салпагаров, архитектор по информационной безопасности Getmobit, прокомментировал для CISOCLUB рекордное число кибератак на российский бизнес в третьем квартале 2026 года. По его мнению, всплеск инцидентов стал результатом наложения нескольких независимых тенденций: финансово мотивированных атак, гибридных операций против промышленности и телекоммуникаций, а также целевых нападений на государственные системы.
«Рост в третьем квартале не является чем-то необычным. Дают о себе знать общие тренды.
Атаки на финансовые институты — это традиционный «поход за золотом». В банках лежат деньги и персональная информация, дорогая и востребованная в даркнете. И увеличивающаяся доступность атакующих ИИ обеспечивает этому тренду стабильный рост. Показательно, что более пятой части октябрьских инцидентов в финансах пришлось на внутренние угрозы со стороны сотрудников и подрядчиков, а ещё 17,6% — на утечки. Значительная доля проблем приходит не снаружи периметра, а изнутри цепочки поставок», — отметил Султан Салпагаров.
Отдельные причины эксперт видит в атаках на промышленность, телекоммуникации и государственные ресурсы. В первом случае речь идёт о действиях в рамках гибридного противостояния, когда злоумышленники стремятся нанести максимальный косвенный ущерб. Нападения на государственные системы, в свою очередь, могут быть связаны с целевыми операциями, в том числе во время политически значимых событий.
«Атаки на промышленность и телекоммуникации — это часть гибридной войны, которую ведут все против всех. Здесь выше уровень, но ниже прицельность. Удары по холодильным системам, больницам, маркетплейсам — буквально «удары по площадям» с максимальным непрямым ущербом. Активность на этом фронте отражает изменения на политической карте.
Наконец, атаки на государственные системы. Особенно показателен всплеск во время выборов в Думу: рост среднего числа сетевых атак почти в восемь раз к среднегодовому уровню и 1553 DDoS-атаки на госресурсы за дни голосования. Это целевая история, специальные операции разведывательных служб», — пояснил эксперт.
По оценке Султана Салпагарова, рекордное число инцидентов в третьем квартале объясняется одновременным проявлением этих тенденций. При этом их интенсивность сложно прогнозировать. Общей проблемой для финансовых организаций, промышленных предприятий и государственных структур становится зависимость от внешних подрядчиков и сервисных компаний, которые всё чаще оказываются точками проникновения в инфраструктуру заказчиков.
«Перечисленные тренды друг друга практически не касаются. Мощный всплеск в третьем квартале — результат их наложения. Несмотря на всю очевидность, динамика такой активности не прогнозируется. Как не прогнозируются реакция биржевых индикаторов на новостную повестку.
Но общий знаменатель у всех трех сценариев есть. И банк, и предприятие, и госорган работают не в изолированном контуре, а в экосистеме подрядчиков и сервисных организаций. Именно подрядчик все чаще становится удобной точкой входа», — заявил Султан Салпагаров.
В связи с этим эксперт предлагает уделять больше внимания геопозиционированию сотрудников и контролю доверенных рабочих мест. По его словам, вступивший в силу весной приказ ФСТЭК № 117 меняет подход к обеспечению безопасности удалённого доступа к государственным информационным системам. Организациям необходимо учитывать не только защищённость канала связи, но и характеристики устройства, его местоположение и личность пользователя.
«Отсюда следует важная тема, которая обсуждается тише рекордов квартала, — геопозиционирование сотрудников и контроль доверенного рабочего места. Приказ №117, вступивший в силу весной, меняет саму модель доверия при удалённом доступе к ГИС. Последним объектом контроля становится не канал связи, а рабочее место. Нужно понимать, какое устройство используется, соответствует ли оно требованиям, где физически находится и кто работает под учётной записью. Отсюда появляется рост интереса к централизованно управляемым рабочим местам с неизменяемым ПО и аппаратными модулями, которые определяют положение устройства даже там, где GPS и ГЛОНАСС ненадёжны. Заказчику важно, чтобы защищенность удаленных рабочих мест подрядчика была сопоставима с требованиями к его собственным системам», — рассказал специалист.
Таким образом, защита собственной инфраструктуры уже не может рассматриваться отдельно от безопасности всей цепочки поставок. Контроль устройств и точек входа подрядчиков становится частью общей системы защиты организации.
«Так что рекорд третьего квартала — это не только про активность атакующих и доступность ИИ-инструментов. Это про то, что периметр окончательно размылся, а безопасность определяется не защитой собственных систем, а контролем над устройствами и точками входа всей экосистемы подрядчиков», — заключил Султан Салпагаров.



