Умная колонка и большая языковая модель могут оказаться в одной юридической коробке

Ассоциация РАТЭК направила в Федеральную антимонопольную службу обращение с просьбой пересмотреть проект поправок к закону № 57-ФЗ. Инициатива относит к стратегической деятельности разработку, создание, продажу и оборот технологий искусственного интеллекта, а формулировка позволяет распространить действие нормы почти на всю потребительскую электронику. Под удар рискуют попасть смартфоны, телевизоры, роботы-пылесосы, стиральные машины и другая бытовая техника с алгоритмами внутри.

В РАТЭК входят Huawei, DNS, Fplus, «М.Видео», «Ситилинк» и другие заметные участники розничного рынка. Организация опасается, что закон в текущем виде превратит обычных продавцов гаджетов почти в участников стратегической отрасли, сообщает Коммерсант.

Производители давно клеят маркировку AI едва ли не на каждую коробку. Смартфон дорисовывает снимки нейросетью, телевизор подстраивает картинку под содержимое сцены, холодильник следит за температурой камер, а стиральная машина сама подбирает программу по весу белья. Следы алгоритмов при желании обнаружатся даже в электрическом чайнике за пару тысяч рублей.

Проект относит к стратегической деятельности любой оборот подобных технологий. Магазин со смартфоном на витрине формально попадает в ту же категорию, где живут разработчики крупных языковых моделей и создатели платформ для управления промышленной инфраструктурой.

Закон № 57-ФЗ требует, чтобы зарубежные инвесторы получали одобрение правительственной комиссии перед сделками в стратегических отраслях. При новом прочтении процедура коснётся импортёров, сервисных центров, розничных сетей и дистрибуторов с иностранной долей капитала от 5%.

Опасения РАТЭК касаются нескольких групп участников рынка;

• импортёры бытовой электроники и техники с алгоритмами обработки данных;
• крупные сети розничной продажи гаджетов и мелкой бытовой техники;
• сервисные центры, ремонтирующие устройства с нейросетевыми функциями;
• дистрибуторы с зарубежным капиталом от 5% и выше;
• небольшие поставщики и региональные торговые компании.

Стоит обратить внимание, что продажа смартфона с нейросетевой камерой при широкой трактовке способна превратиться в оборот ИИ-технологии, а ремонт телевизора с масштабированием картинки — в работу со стратегическим продуктом.

Российским пользователям расширение закона грозит вполне ощутимыми последствиями. Каждое согласование корпоративной сделки растянется на месяцы, поставки новых моделей замедлятся, а привычные скидки на технику могут исчезнуть. Дефицит отдельных категорий устройств станет реалистичным сюжетом, если небольшие поставщики уйдут с рынка под грузом бумажной работы.

Расходы на юристов и согласования почти неизбежно окажутся в розничной цене. Покупатель не увидит отдельной строки за сопровождение оборота искусственного интеллекта, но итоговый ценник холодильника или телевизора вырастет без всяких пояснений.

Проблемы для потребителей:

• рост цен на смартфоны, телевизоры и крупную бытовую технику;
• задержка поступления новых моделей на российский рынок;
• сокращение ассортимента и уход отдельных брендов;
• снижение конкуренции среди продавцов и падение качества сервиса;
• затруднённый ремонт устройств с интеллектуальными функциями.

РАТЭК предлагает связать поправки с базовым законом об искусственном интеллекте, который Государственная дума приняла 8 июля 2026 года. Документ выделяет большие фундаментальные модели — сквозные программные решения свыше 1 млрд параметров, применяемые в десятках отраслей.

Антон Гуськов, представитель РАТЭК, сообщил, что распространение усиленного контроля на бытовые устройства и поставщиков гаджетов выглядит чрезмерно. По оценке Антона Гуськова, подобная мера расходится с курсом на ускорение цифрового развития экономики страны.

Пресс-служба Федеральной антимонопольной службы сообщила «Коммерсанту», что обращение получено и будет изучено в установленном порядке. Развёрнутой позиции ведомство пока не представило.

Олег Попов, управляющий партнёр адвокатского бюро А-ПРО, отметил, что документ не проводит границы между создателем фундаментальной модели и магазином со смарт-телевизором на полке. Продавец получает готовое устройство в коробке, размещает его на складе и передаёт покупателю, при этом никак не влияет на архитектуру алгоритма.

Олег Попов предложил выстроить регулирование по уровню риска. При оценке нужно учитывать назначение технологии, категорию обрабатываемой информации и возможные последствия получения контроля над разработчиком.

Отмечается, что специализированная модель для управления технологическим процессом на закрытом объекте может не дотянуть до порога в 1 млрд параметров, но при этом иметь куда большее стратегическое значение, чем крупный генератор развлекательных картинок.

Юристы «Каменская & партнёры» напомнили о китайской практике, где регулирование сосредоточено вокруг мощных моделей и платформ, а обычный потребительский рынок работает без инвестиционных ограничений. Проект не запрещает иностранные вложения напрямую, а вводит предварительное разрешение — но при массовом охвате даже разрешительный режим превратится в тяжёлую нагрузку.

Возможные направления доработки закона:

• явное исключение массовой бытовой электроники и техники из-под действия нормы;
• вывод из-под контроля стандартного импорта, розничной продажи и сервисного обслуживания;
• концентрация контроля на разработчиках крупных инфраструктурных моделей;
• учёт применения технологии в оборонной, энергетической и промышленной сфере;
• создание понятной шкалы рисков с оценкой полномочий и характера данных системы.

Умные устройства давно превратились в массовый товар. Алгоритмы улучшают звук в наушниках, экономят электричество в холодильнике и распознают тип загрязнения в стиральной машине. Подобные функции не превращают каждую единицу техники в стратегический цифровой актив, но при буквальном прочтении закона рискуют перевести весь рынок под усиленный контроль государства.

Редакция CISOCLUB считает, что нынешняя формулировка поправок создаёт куда больше рисков для российского рынка электроники, чем реальной защиты цифрового суверенитета страны. Смешение бытовых устройств и фундаментальных моделей в одной регуляторной категории ведёт к перегрузке правительственной комиссии заявками, которые не имеют отношения к национальной безопасности.

Реальный контроль должен строиться вокруг систем с высоким уровнем влияния на инфраструктуру, оборону и обработку значимых данных. Магазин со смарт-телевизором на витрине не должен согласовывать корпоративные сделки наравне с разработчиком большой языковой модели. По этому поводу редакция ждёт от Федеральной антимонопольной службы взвешенной позиции и понятной шкалы рисков в финальной редакции документа.